Текст песни
Angizia - Pique Dame Und Rachmaninov, 1904

Перевод песни
Angizia - Pique Dame Und Rachmaninov, 1904

Moskau, Winter 1904, Im Konzertsaal des Bolschoi-Theaters, am Swerlowplatz,
und abgelegen von diesen vierlen schon tagelang verschneiten Statuen,
setzten sich die letzten geladenen Gaste in den Saal und legten ihre
Kleider zur Seite. Nur Delegierte, Maler und Feuilletonisten in ihrer
kulturellen Eigenart schmollten noch in ihren Lehnstuhlen nebenan (im
Erker) und vergaben sich hinter den Fachern ihres Kartenspiels. Auben,
rundumher im Schneeaquarell, spazierte und plauderte das geistliche Moskau.
Gemultich geduckte Burgerhauser warfen blumerante Schattenbauten auf die
Nordseite des Konzertsaals, was die Sperrschrift des Papieranschlages an
der Pforte verdeckte und Kerzenlichter bis zum Dochtnacken erstickte. In
den Wohnbauten sah man Madchen in karierten Puffarmelkeidern, sie saben auf
farierten Samtpolstersesseln und umsaumten die glanzlosen Fenster ihrer
Baracken. Stets angeborene Wege und Hauser, Aus und Einblicke, die
Zacharias mit scharfen Blicken stach. Seine schon nabkalte Trommel hatte er
mit einem Fell zugedeckt und im Nacheinander dieses Nachmittags aus der
Pflicht in den Alltag getragne. Angelehnt an den Flugelrand der
Источник teksty-pesenok.ru
Rundbogenfenster (zum Festsaal) starrte er in den prominenten
Menschenrummel im Odeum, der sich um ein Pianoforte versammelte, um
verschiedenen Virtuosen mit passivem Applaus zu schmeilchen. Zwischen den
riesigen Proszeniumturen lehnten Soldaten, die das Ausmab der Lichtstrecke
kontrollierten und nach Dochttoten und Parade nur mehr Glanz am weinroten
Teppichboden duldeten. Als der erste Virtuose in die Tasten des prunkvollen
Flugels schmetterte, lehnten sich alle grob und kleingewachsenen Menschen
auf und bedeckten ihr Herz, patriotisch und stolz auf Rachmaninows
Tondichtung, mit dem rechten Handrucken. Unbeirrt und stolzgemacht vom
Chauvinismus der Menschen im Saal legt Zacharias seine Trommel frei und
beginnt loszumaschieren, erst links, dann rechts, entschlossen in seine
Trommel zu schlagen. Er durchstobt die riesigen Holzturen und zieht
trommelnd in den Konzertsaal ein. Vor dem Pianisten angehalten - die
geladenen Gaste geizten nicht mit Hochmut und stachen ihn indes mit feurig
roten Blicken - lost er die Trommel aus der wundgeschundenen Lederschleife
und legt sie vor das Klavier. Es war sien letzter Trommelschlag. (Damals
war Zacharias 9 Jahre alt.)

Москва, зима 1904 года, в концертном зале Большого театра, Swerlowplatz,
и изолированы от этих Vierl статуи снега в течение нескольких дней,
Последнее приглашенный гость сидел в зале и положить их
Одежда в сторону. Только делегаты, художников и обозреватели в своих
культурную самобытность еще дулась в своем кресле по соседству (в
Эркер), и присудил себя за раз их карточная игра. На открытом воздухе;
кругом в снегу, акварель, гуляли и говорили о духовном Москве.
Gemultich присел Burger Хаузер blumerante бросил тень на зданиях
Северная сторона концертный зал, который в барьер копию бумаги остановки
потайную дверь и душили до фитиля свечи шеи огней. В
жилые здания были замечены девушки в плед Puffarmelkeidern его Saben
farierten umsaumten Samtpolstersesseln и окна своей тусклой
Казарма. Всегда врожденные пути и Хаузер, выключена, и понимание, что
Захария нанес удар с острыми глазами. Его барабан он уже nabkalte
покрытые пальто и последовательно во второй половине дня из
Обязанность в повседневной жизни getragne. На основании Flugelrand
Источник teksty-pesenok.ru
Арочные окна (для сообщества зал), он смотрел на видное
Раммел людей в Одеум, собравшихся вокруг пианино
schmeilchen различных виртуозов с пассивным аплодисментами. Между
огромный Proszeniumturen отклонил солдат, степень света путь
контроль и фитиль, чтобы мертвых и парад только блеск вина красного
Ковров переносится. В качестве первого виртуоза на ключи великолепный
Крыло разбили отклонено, все грубые и низкий рост
и покрыл ее сердце, патриотических и гордиться Рахманинова
Симфоническая поэма, с правой стороны рывков. Не испугавшись, и с гордостью сделаны
Шовинизм людей в комнате Захария кладет барабанного свободных и
loszumaschieren начинается сначала левой, затем правой, в свою решимость
барабан бить. Она шла через огромные деревянные двери и рисует
барабанить в концертный зал. остановился перед пианиста -
приглашенных гостей щедр с гордостью и оскорбило его, однако, с огненным
красные глаза - он потерял барабан из wundgeschundenen кожаную петлю
и представить их на фортепиано. Это был последний Сиен барабанов. (Тогда
Захария было 9 лет.)


Перевод песни добавил: Аноним

Исправить перевод песни

Поделитесь переводом песни: